ПИРОГОВ

ПИРОГОВ Николай Иванович (1810V81), знаменитый хирург. Род. в Москве в семье провиантского чиновника. 14 лет П. поступил на мед. факультет. По окончании курса в 1827 г. он избрал своей специальностью хирургию и как один из лучших студентов был направлен для усовершенствования в Дерпт. П. впитал в себя стихийно те основы вульгарного материализма, эмпирико-экспериментального позитивизма и эмоционального атеизма, без которых вообще была немыслима никакая научно-медицинская работа. Чуждаясь пирушек, П.-студент сторонился и политики. Даже буря декабрьского восстания пронеслась мимо П. совершенно не замеченной им. Сам П. в дневнике отмечает тогдашнюю свою «незрелость, неопытность и детски-пассивное равнодушие к общественным делам». Естественно, что при таких условиях все творческие силы его большого, ума, «озаренного светом естествознания», ушли в специальность. Приехав в Дерпт, П. под руководством Мойера «бросился, очертя голову, экспериментировать. Особливо занимался я разработкой фасций и отношений их к артериальным стволам и органам таза. Этот предмет был совершенно новыйвтовр’емя. Обыкновенно анатомы бросали фасции». Но П. не был чистым анатомом, он был анатом-хирург. Анатомия для него являлась средством рационализации’ оперативной методики. Отброшенные чистыми анатомами фасции П. поставил во главу угла созданной им науки—хирургической (не топографической) анатомии. В Дерпте была опубликована его первая работа на заданную факультетом тем> о перевязке артерий и защищена в качестве докторской диссертации экспериментальная работа о перевязке брюшной аорты (1832). Отправившись в научную командировку в Берлин, Пирогов к своему удивлению «застал практическую медицину почти совершенно изолированной от главных реальных основ ее: анатомии и физиологии. Ни Руст, ни Грефе, ни Диффенбах не знали анатомии. Ланген-бек был единственный хирургранатом». Возвращаясь в Россию, П. законно считал’себя первым кандидатом на кафедру Московского уни-’ верситета, по так как на обратном пути он заболел и на несколько месяцев задержался в Риге, то тем временем на московскую кафедру был назначен профессором Иноземцев, что яви-ч лось для Пирогова большим ударом. П. возвратился в Дерпт и здесь по предложению уходящего Мойера избран факультетом экстраординарным профессором (1836) по кафедре хирургии, которую и занимал до йереезда в Петербург (1841). В жизни П. на это пятилетие приходится высший расцвет его научного творчества. В этот период им. опубликован его классический, впоследствии много раз переизданный на нескольких европейских языках труд о хирургической анатомии – артериальных стволов и фасций («Anatomia chirurgica truncorum artoriarum atque fasciarum fibrosarum», Dorpat Liv.—Lpz., 1837—38; одновременно вышло немецкое издание), открывший новую эпоху в развитии оперативной хирургии. В 1837 году П. был отправлен университетом в Париж, где знаменитый Вельпо с восторгом. приветствовал его как новатора и собрата в хирургии. В 1841 году Пирогов, перешел В. Петербург на вновь учрежденную по его же проекту кафедру госпитальной хирургии при Медико-хирургической академии, только-что перешедшей тогда в ведение военного министерства, и занимал эту кафедру до своей отставки в 1,856 г. В то же время П. читал курс патологической анатомии, проделав за 14 лет более 11 000 вскрытий трупов. В 1845 году П. добился учреждения Анат. ин-тапри Академии. В 1847 г., т. е. через год после Мортона, П. первый в России применил в петербургских госпиталях эфирный наркоз, а вскоре и в военно-полевой практике, при осаде Салт на Кавказе. Здесь нее впервые им применена неподвижная крахмальная повязка Сете-на для фиксации переломов конечностей у подлежащих транспортировке раненых. В 1848 г. П. открыл при своей клинике особое отделение для холерных больных и за 6 недель успел сделать до 800 вскрытий умерших от холеры. В начале крымской войны П. напал на счастливую мысль заменить крахмальные повязки Сетена гипсовыми, описав их приготовление в отдельной брошюре «Неподвижные гипсовые повязки» (СПБ, 1854). В 1854 году во главе отряда врачей-хирургов П. выехал в Севастополь в распоряжение главнокомандующего «для ближайшего наблюдения за успешным лечением раненых». Военно-командная администрация на каждом шагу ставила рогатки всем его рационализаторским новшествам. «Страшит не работа, не труды—рады стараться, а эти. укоренившиеся преграды сделать что-либо полезное, преграды, которые растут, как головы гидры: одну срубишь, другая выставится». Из этого жестокого предметног

Изучайте:

  • ЦИМАРИН
    ЦИМАРИН (Cymarinum), О^Н^О^/гНаО, гликозид, встречающийся в конопельном тайнике [Аросупит cannabinum L. (см.)]. Ц. имее...
  • МЕДИЦИНСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ
    МЕДИЦИНСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ. История медицинского образования. Первые достоверные сведения о М. о. относятся к древнейшим и...
  • ОТЕЧНАЯ
    ОТЕЧНАЯ БОЛЕЗНЬ 220 мочи, крови, а также и испражнений у больных О. б. Нарушения обмена веществ касаются как белков, ...
  • КОНЧАЛОВСКИИ
    КОНЧАЛОВСКИИ Максим Петрович (род. в 1875 г.), видный терапевт, директор фак. терап. клиники 1 МГУ; в 1899 г. окончил м...
  • СОДА
    СОДА, термин, применяемый в быту в отношении как кислой угленатриевой соли (NaHC03), так и угленатриевой (средней) соли...